Сисястая недотрога: Часть 2

Я достал фотоаппарат, разложил Сашеньку на диване, так чтоб волосы — до пола, и груди на одну сторону, сосочками в объектив, потом раком ее поставил и пригнул, чтоб сиськи касались пола, потом поясницу ей прогнул, чтоб жопка — сердечком под прозрачной тканью, а потом совсем сзади щёлкнул, чтоб вся налитая пиздёшка вкусненько так в объектив выпирала.

Потом заставил её встать и пройтись, потом руки за голову закинуть, потом прогнуться грудями вперёд, потом — сзади, чтоб и попа и груди по бокам тела выпирали. Потом заставил взять сиськи в руки и предлагать зрителю, и лицо просящее сделать.

Бровки домиком, губки уточкой, словно говорит: «возьми их, ну пожалуйста, потискай, я тебя очень прошу». Сашенька выполняла команды с холодным профессионализмом. Единственное что спросила: «А ничего, что у меня ореолы такие большие? Мне кажется, это вульгарно».

Я убедил её, что это потрясающе эротично и специально несколько раз крупно сфотографировал сосочки, заставив Сашеньку задрать груди к лицу, чтоб губки между сисечек, а над сосочками как раз — глазоньки глупые, бездонные. «Я к следующей фотосессии пирсинг сосочков сделаю, — деловито сообщила Сашенька. — Это ведь изюминка будет, если у рекламного лица нашей фирмы будет пирсинг в сосочках?»

«Замечательно, — согласился я, исходя слюной, — но только в одной груди, в левой», и, представив колечко или висюльку со стразами, свисающими с этой нежной пуговки, поглаживающие эту розовую ореолу, да ещё на такой большой груди, — я чуть не кончил в штаны. Взгромоздил Сашеньку на подоконник и нащелкал кадров двадцать в разных позах, стараясь, чтоб в кадр попадали удивленные лица из окон напротив.

— Ладно, — сказал я, опуская фотоаппарат, — сейчас самое главное. Иди сюда.

Сам сел на стол, а Сашеньку поставил на колени между своих разведённых ног.

— Расскажу тебе секрет. Самые эротичные снимки получаются на контрасте. Инь и Янь, слышала?

Сашенька доверчиво кивнула.

— Мне очень неловко, но так нужно для дела, — со вздохом сказал я и расстегнул ширинку. Сашенька изумлённо посмотрела на выпрыгнувший у меня из штанов вздыбленный член. — Не бойся, я тебя просто на его фоне сфотографирую.

— Но Игорь Викторович, он у вас стоит! — прошептала Сашенька, в ужасе приоткрыв ротик. — Это на меня? Вы все-таки меня захотели?

— Ну что ты! Просто я знал, что придется этот этап фотосессии делать, и жену вспоминал.

— Вы ее так любите, — восхищённо всплеснула руками Сашенька и любовно посмотрела на член. — А можно потрогать?

— Потрогай, — прохрипел я.

— А ваша жена не будет против?

— Ну что ты, это же не измена, если красивая молодая девушка потрогает мне член. Тем более, что мы коллеги, а не любовники. Да и одежда на тебе подходящая. Так что — трогай.

Сашенька приблизила к члену лицо и осторожно провела маникюром по уздечке. Щекотно и приятно. Головка побагровела.

— Ой, тут капелька выступила, — сообщила она и стерла ее пальчиком. — Но это не сперма, смазка наверное, прозрачная, — понюхала и лизнула пальцы. — Точно, не сперма.

Чтоб немного схлынуло возбуждение, посчитал про себя, сколько вождей похоронено у кремлевской стены. Потом сказал:

— Ладно, приступим. Смотри на меня. Нежнее, влюблённее.

Она сидела у моих ног и с таинственной полуулыбкой волооко смотрела на меня, сердечко личика мягко обнимали золотые локоны, нежно и мощно круглились белые груди, вокруг раскинулся прозрачный шёлк пеньюара. На переднем плане багровел мой раздувшийся член. Сделав несколько снимков, я попросил:

— Проведи по нему пальчиком.

Она провела, влюблено отслеживая путь ноготка по стволу.

— Возьми в ладошку, сделай пару движений.

— Игорь Викторович!

— Это искусство, Сашенька. Верь мне.

Сашенька вздохнула и осторожно, двумя пальчиками, взяла член, провела туда-сюда.

— Смелее.

Она взялась всей ладонью и начала умело надрачивать, направив головку себе в лицо.

— Ротик открой, — прошептал я.

Она разомкнула пухлые губки. Блеснул влажный красноватый полумрак, юркнул узкий язычок. Головка члена подрагивала в сантиметре от желанного ротика, еще чуть-чуть... Я подался вперёд.

— Игорь Викторович! — она чуть-чуть отодвинулась, перестав водить рукой. — Мне кажется, это неправильно, вкладывать член мне в рот.

— Ты не так меня поняла, — запел я. — Я хотел вот так, — я осторожно пододвинул ее голову к себе и нежно положил член ей на щеку. — Вот так. А ты смотри на меня, прижимайся к нему щёчкой и улыбайся нежно...

Она послушно сделала, как я просил. Я сделал несколько снимков сверху и сбоку, постоянно меняя положение члена — положил сверху, ей на нос, поводил по щекам, по ресницам, заставил сделать губки уточкой и уложил в получившуюся выемку волосатые яйца. Потом, предупредив, чтоб не размыкала губ, поводил по ним всей длиной своего члена, потом упер в губки головку.

— Разомкни чуть-чуть.

Она испуганно посмотрела на меня, но губки расслабила. Кончик головки скользнул на влажную изнанку губ.

— Втяни в себя воздух, пусть втянутся щёчки, подчеркнём скулы...

Она сделала.

— Слушай, ну вот муж запрещает тебе в пизду ебаться. Но про минет-то он ничего не говорил?

— Про минет не говорил, — согласилась Сашенька.

— Ну так давай!

— Что вы, Игорь Викторович! Вы ведь женатый!

— Так я ж для дела. Это искусство — полные губки, обнимающие член! У тебя так красиво получается.

Сашенька вздохнула:

— Ну раз искусство...

— А ты думала! Модели что, по твоему, просто за красивые глазки зарплату получают? Они искусство такое каждый день с утра до вечера работают!

Сашенька открыла ротик, и я, еле сдерживая дрожь, ввел в него член до половины. Не сводя с меня пушистых зеленых глаз, Сашенька аккуратно сомкнула губки вокруг ствола и рефлекторно сделала пару сосательных движений. И вдруг испуганно отшатнулась. Подрагивающий член вышел наружу, от его головки к полной нижней губке девушки тянулась жемчужная ниточка слюны.

— Ох, Игорь Викторович, простите меня! — воскликнула Сашенька. — Я не хотела сосать вам член! Это случайно вышло! Я больше так не буду!

Этого еще не хватало!

— Не переживай, Сашенька, я все понимаю. Пососала и пососала. Я даже внимания не обратил. Издержки работы модели и фотографа. Профессиональные риски. Еще пососёшь, я не обижусь. Но лучше давай я сам двигаться буду — мне ракурс виднее.

Сашенька послушно снова открыла ротик, и я уже отработанным движением вложил в него член. Нежные губки вновь сомкнулись вокруг. Сашенька старательно не сосала, даже глаза прикрыла.

— Нет, так не пойдет, смотри на меня.

Она послушно посмотрела. Ох, эти доверчивые глазища! Можно кончить, просто глядя в них. Я начал осторожные движения, размышляя, доводить ли до полноценного секса или ну ее уговаривать — не даст ведь «в пизду», муж не велел. Да и, честно говоря, я на грани. Проуламываю полчаса, потом кончу за две фрикции. Лучше личико обкончаю и сниму на память.

— Сашенька, сейчас будем работать мимической мускулатурой. Не вынимая члена рассказывай с выражением стихи Пушкина. Помнишь какой-нибудь, подлинней?

Она чо-то пробубнила полным ртом.

— Вот и славненько. Декламируй.

Сашенька начала читать, я же ушел в ощущения мокрого юркого язычка, снующего вокруг головки, и при этом активно трахал девушку в рот. От моих толчков груди ее раскачивались, изо рта прямо на них текла длинная слюна. Периодически, не выходя из роли, я поднимал фотоаппарат и делал пару снимков.

Почувствовав, что подхожу, начал подготовку:

— А теперь, милая Сашенька, завершающий штрих. Сиди неподвижно, сейчас я художественно кончу тебе на лицо, и мы получим несколько поистине шедевральных снимков!

Напоследок я поднял фотоаппарат, но он не щелкнул и вспышка не сработала.

Сашенька снялась с члена и деловито сказала:

— Игорь Викторович, у вас флэшка заполнилась.

Я растеряно посмотрел на фотоаппарат:

— Ну ладно, давай я кончу...

— А зачем?

— Ну, это так прекрасно — нити спермы в волосах, капельки спермы на ресничках, мазочки спермы на щёчках и губах...

— Но мы же всё равно не сможем это сфотографировать, — Сашенька подняла плащ и, закутавшись в него, подошла к зеркалу поправить макияж. Блядь, я ее сейчас изнасилую! Хотелось выть...

И вдруг я придумал!

— Ах, Сашенька! Как же это мы не подумали! Представь — твои фотографии с хуем во рту по всему городу, во всю стену домов! Что скажет об этом твой муж?

Сашенька не отрываясь от зеркала пальчиком правила тон на щеках:

— Похвалит. Это ведь искусство. И я теперь звезда.

— Знаешь, мне кажется, ему может не понравиться.

— Почему? — приоткрыв ротик и выпятив под бархатным плащом попку, Сашенька красила ресницы.

— Ну, он может расценить это как измену.

— Но он же про минет ничего не говорил, — Сашенька намазала помадой губы чмокнулась в зеркало и повернулась ко мне, довольная собой, свежая и безумно красивая.

— А ты позвони ему и спроси, — иезуитски предложил я. — Только не говори, что уже это сделала, скажи — предложили.

Сашенька искоса посмотрела на меня и взяла трубку городского телефона с моего стола:

— Алло, Ванечка! Слушай, мне тут предложили сделать высокохудожественную фотосессию, которая высокое искусство... Вот и я думаю, здорово! Только, Ванечка, мне придётся немножечко, совсем чуть-чуть!, пососать хуй.

Вопль из телефонной трубки был слышен даже мне.

— Хорошо, хорошо, Ванечка, нет так нет... Про пизду я бы сразу не согласилась, а про отсосать ты же ничего не говорил... Да поняла я! Пока-пока, целую...

Ох, какими губами ты его сейчас «поцеловала»! Еще теплыми от моего члена.

Она растеряно посмотрела на меня:

— Игорь Викторович, что же делать?

Я сделал вид, что размышляю. Потом тяжело вздохнул:

— Хорошо, Сашенька. Труда жалко, но сохранить семью важнее. Я не буду публиковать фотографии, а ты за это закончишь начатое.

— Не поняла...

— Досасывай.

— Зачем? Сперму в волосах мы все равно сфоткать не сможем.

— Ну и ладно. Я в душе художник, я должен это увидеть.

— Нет, Игорь Викторович. Оказывается, минет мне тоже нельзя, муж запретил.

— Тогда я опубликую снимки!

Сашенька заплакала:

— Тогда он мне синяк поставит, а вас вообще убьет. Он у меня знаете, какой здоровый! И в Чечне контуженный.

Я опустошённо поник и неожиданно попросил:

— Сашенька, милая, помоги мне кончить...

— Игорь Викторович! — ахнула Сашенька. — Вы это чего?! Вы же женатый! Вы же только для искусства...

— Ну, представь, я домой такой возбужденный приду, — я кивнул на торчащий из ширинки в полной боевой готовности член, — меня жена спросит: «А чего это у тебя хуй стоит?» Мне придется ей все рассказать... Я тебе семью спас, фотки не опубликую, а ты мою разрушишь.

— А вы не рассказывайте.

— Наврать жене?! Как можно! Да что ты такое говоришь!

— А что же делать?

— Давай, ты мне минет дососёшь, я не возбужденный домой приду, жена ничего не спросит, и мне не придётся её обманывать!

Сашенька захлопала в ладошки:

— Это вы здорово придумали! Только не могу я минет дососать, мне же муж запретил!

— Да ты ведь уже сосала мне!

— Так я ж не знала.

Всё, тупик. Я поник, и член тоже поник. Сашенька подошла ко мне, все так же сидящему на краешке стола, нежно провела рукой по щеке:

— Игорь Викторович, ну, хотите я на колени встану, сиськи вытащу и вы на них подрочите? Как все делают? Или даже я сама вам подрочу, у вас член красивый... — и вдруг лукаво улыбнулась, — и вкусный.

— Ну давай, — вздохнул я.

Сашенька снова расстегнула и скинула плащ, явив миру феноменальные груди и красиво стриженый лобочек. Опустившись на колени, она подняла груди двумя руками и протянула мне:

— Дрочите. А я даже ротик приоткрою, так мужчинам больше нравится, я уже заметила. Только в ротик мне не кончайте, это как минет получится, а мне нельзя, мне...

— Муж запретил, я помню. Ты же своей рукой мне подрочить обещала!

— Так у меня ж руки заняты!

Ну что ты с ней, с дурой такой, поделаешь! Стоит на коленях, глазищи влюблено таращит, губки полные, блестящие приоткрыла, язычок высовывает, свеже-накрашенная, красивая, как ангел с распущенными золотыми волосами, и сиськи предлагает как в ресторане. Потрясающие сиськи... Сиськи!

— Слушай, а давай в сиськи! Это точно не измена, ведь внутрь-то я ничего не засуну! Это как подрочить, только сиськами!

Сашенька подозрительно хмыкнула, смерила меня взглядом, явно размышляя, не извращенец ли я, потом пожала печами:

— Давайте.

Вот и пригодилось мне моё розовое масло! Я вылил ей на груди целую бутылочку, растёр, постоянно соскальзывая ладонями, и скользнул в них членом, в скользкую, тёплую, пуховую невесомость, сдавил руками, так что набухшие соски уставились мне в лицо, и начал яростно трахать роскошные сиськи.

Груди прыгали, всё время выскальзывали из ладоней, так что приходилось их снова собирать в кучу, тёрлись друг о друга, нежно скользя в разные стороны по оголенным нервам моего возбужденного члена. Сашенька застонала, сначала глухо, потом громче и громче, уставившись на меня изумленным взглядом жертвы:

— Как... Хорошо!... Игорь... Викт... Хорошо-то как!... Я... и... не зна... ААААААА!

Я кончил вместе с ней, просто неистово. Струи спермы легли на прядь волос, на щеку, затронув реснички, на губы... Потом напор ослаб и целой лужей я залил ей ложбинку меж грудями. Отвалившись, счастливый, я лениво наблюдал, как струйки потекли по сиськам на огромные ореолы, начали обтекать соски. Поджав ноги, Сашенька лежала на полу, глубоко дышала и шальным взглядом смотрела на мой опадающий член.

— Ты вся в сперме. Как одеваться будешь? Одежду запачкаешь.

— Я пеньюаром вытрусь...

— Ага, сейчас! Это, между прочим, собственность конторы. Облизывайся давай!

Сашенька недоверчиво посмотрела на меня, что-то там себе думая позади этих девственно-незамутнённых глаз. Потом села, поднесла груди к лицу и тщательно вылизала юрким розовым язычком, особенно уделив внимание ореолам — их она облизывала дольше всего, и даже немного поиграла языком с сосочками. Потом облизнула губы, скушав сперму, что легла на них.

— Лицо тоже надо в порядок привести, — сказал я. — А то засохнет, некрасиво будет.

— Я лучше умоюсь, — жалобно попросила Сашенька.

— Вода из-под крана жесткая, — назидательно ответил я, — она портит кожу. Давай, помогу.

Я подсел к ней, пальцем собрал сперму со щеки и вложил палец ей в горячий влажный рот, тщательно обтер его там об язык и щеки, а Сашенька при этом ласкала его язычком и губами. Потом выбрал из волос обспусканый локон и тоже засунул ей в рот, заставив тщательно обсосать.

— Ну вот ты и чистенькая.

— Ой, спасибо большое, Игорь Викторович! Что бы я без вас делала!

— Всегда пожалуйста. Меня, кстати, тоже почисти, а то я трусы запачкаю.

И без лишних слов сунул ей в рот вялый член. Сашенька безропотно сомкнула вокруг него губы, покатала, как сосиску, на языке, старательно обслюнявив, потом вытащила, залупила головку, и снова взяла член в рот, тщательно пройдясь язычком под крайней плотью. Придирчиво рассмотрела свою работу, улыбнулась, довольная результатом, и поцеловала головку на прощание.

— Спасибо, Сашенька.

— Не за что, Игорь Викторович. У вас очень вкусная сперма.

— Ну а раз ты мою сперму скушала, это, считай, минет, так?

— Так, — согласилась она.

— А значит, мужу ты все-таки изменила.

Она печально кивнула, головой и грудями.

— А значит всё, нечего больше блюсти! Завтра вечером в пизду мне дашь.

— Ох, не знаю... — вздохнула Сашенька. — Мне самой, знаете, как хочется? В жопку, конечно, приятненько, но в пизду меня настоящим хуем уже три года не трахали... Ой, муж звонит!

Я ошарашено смотрел, как она засунула руку себе в пиздёшку и вынула оттуда маленький телефончик.

— Я на вибро ставлю и в себя прячу. Приятненько звонит. Только в туалет бегать приходится, чтоб ответить, — объяснила Сашенька и поднесла мобильник к ушку. От мобильника к мясистому бутону раскрытой пиздёшки тянулась прозрачная нить смазки.

Так вот, кому она целыми днями с городского названивает!

Быстро поговорив, Сашенька ловко вернула телефон на место и сказала:

— Ванечка приехал. Напугался, что я после работы сосать буду. Мне пора, Игорь Викторович. Поеду мужа учить в сиськи ебаться!

Я больше никогда не видел Сашеньку. Тем же вечером её муж какими-то правдами и неправдами вытянул из глупышки всю историю, а уже следующим утром караулил меня у подъезда. После беседы с ним я три месяца пролежал в больнице. Сашенька тем временем уволилась, потому что решила посвятить свою жизнь искусству, и работает сейчас танцовщицей в одном из стриптиз-холлов.

Она славится своей целомудренностью — ни за какие деньги не даёт ни в рот, ни в пизду, ни в жопу, потому что считает это супружеской изменой. Зато запросто, бесплатно и любому попросившему позволяет трахать себя между сисек. Кончает при этом, говорят, просто феерически!

30.08.2016 Просмотров: 186